<a href="http://www.mt5.com/ru/">Форекс портал</a>

«Европейская сверхдержава» по схеме Меркель-Олланда. Что напугало поляков?

"Европейская сверхдержава" по схеме Меркель-Олланда. Что напугало поляков?

Brexit создал для Европы головоломку, к решению которой она не была готова, вынудив ЕС искать новую миссию.

В Берлине и Париже до последнего не верили в то, что в Великобритании победят евроскептики. Плана Б не было. Сразу после объявления результатов референдума в Великобритании президент Франции срочно собрал в Елисейском дворце совещание Совета министров, на котором поручил членам правительства разработать ключевые принципы и предложения для европейских партнеров. В то же время, канцлер Ангела Меркель созвала представителей правящей коалиции и фракций в бундестаге и только после этого вышла с кратким заявлением, сутью которого было: это “поворотный момент”, но ЕС сильный и выдержит удар. После этого Меркель во всех своих выступлениях повторяла эти тезисы, но тон становился все более деловым и конкретным.

Через несколько дней взорвались польские СМИ: мол, Берлин и Париж хотят создать вместо Евросоюза европейскую сверхдержаву, где они бы имели решающее слово во всех вопросах.

Действительно ли Германия и Франция имеют сверхамбиции, и что именно предлагают?

СТРАТЕГИЯ ДВУХ И ТРЕТИЙ РИМ

Главный месседж канцлера ФРГ после референдума: если народ решает против ЕС, значит, он не видит для себя реальной выгоды. Отсюда вытекает настоятельная необходимость сделать так, чтобы население 27 стран Евросоюза понимало, зачем еврочиновники заседают в Брюсселе. Больше дел, меньше слов. Акцент на молодежь, обеспечение ее занятости, расширении прав и возможностей. Скорейшее урегулирование ситуации с беженцами (в этом вопросе многие именно на Меркель возлагают чуть ли не персональную ответственность за наплыв беженцев в Европу). Канцлер пообещала, что сама лично и все правительство Германии приложат все усилия для того, чтобы предотвратить возможный раскол в ЕС.

Меркель и до Brexit называли “канцлером всей Европы”, а теперь, с выходом союзника по многим позициям, бремя становится еще больше. И в высказываниях немецких политиков звучит готовность принять на себя еще больше ответственности.

Готовность, но отнюдь не желание. Германия вовсе не стремится к имперской роли. Здесь свою роль играет историческая память и опасение возвеличивания, которое принесло народам Европы и самой Германии страшные страдания, причем не раз. Кроме того, сама Меркель относится к категории лиц, которые скорее будут руководить “из тени”.

А вообще, куда спокойнее было делить бремя принятых решений если и не на 28, то хотя бы на троих – Великобританию, Германию и Францию.

Берлин и Париж в эти дни проявляют активность больше других. Меркель в прошлый понедельник позвала к себе Франсуа Олланда. Вместе с итальянским премьером Маттео Ренци. Не все поняли, зачем, но с выходом Великобритании эта страна становится третьей крупнейшей в ЕС. И вообще, три головы лучше, чем две. Так что ось Берлин-Париж-Рим как раз и может стать “стержнем” ЕС формата “27”.

Впрочем, пока Италию не привлекли к разработке “Общего предложения”, своего рода стратегического плана, который подготовили министры иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер (который, не исключено, станет президентом ФРГ весной следующего года) и Франции Жан-Марк Эро. Этот документ под названием “Сильная Европа в опасном мире” (Ein starkes Europa in einer unsicheren Welt) находится в распоряжении корреспондента Укринформа в Берлине.

Итак, в “Совместном предложении” Штайнмайер и Эро предлагают комплекс мер в области безопасности, миграционной политики и экономики, подчеркивая, что “Германия и Франция несут ответственность за усиление солидарности и сплоченности в Европейском Союзе”.

Дипломаты признают, что в последние годы энтузиазм некоторых государств-членов ЕС несколько упал, и существуют “разные амбиции” относительно проекта европейской интеграции. С целью “предотвратить ползучий распад” следует сосредоточиться на том, чтобы Евросоюз полнее и конкретнее отвечал ожиданиям граждан.

На этом фоне выглядит несколько парадоксальным, что основные положения нового стратегического плана Берлина и Парижа предусматривают укрепление роли Брюсселя. Ведь, по результатам недавнего опроса немецкого социологического института TNS, такую евроцентрализацию поддерживают только 27% немцев, тогда как 64% предпочитают передать решение вопросов на национальные уровни. Это при том, что 87% граждан ФРГ поддерживают членство их страны в ЕС и только 10% высказались за выход из него.

ЕВРОАРМИЯ И СОВМЕСТНЫЙ КОНТРОЛЬ ГРАНИЦ

В разделе о безопасности стратегического плана речь идет о том, что кризисы подступают все ближе к границам ЕС, в том числе с востока, непосредственно влияя на европейцев. Берлин и Париж вновь призвали к “общей концепции Европы как Союза… с общей политикой безопасности и обороны”. На основе уже достигнутых успехов два министра предлагают создать “Глобальную стратегию ЕС” (новый основополагающий документ, своего рода внешнеполитическая доктрина), и установить “европейскую повестку дня”. Он, по замыслу авторов, должен охватить такие вопросы, как анализ и понимание интересов безопасности, обмен информацией, поддержание безопасности в соседних регионах, более “сильное и гибкое” участие ЕС в разрешении кризисов, проведение ежегодно Совета по безопасности в рамках Европейского Совета.

В документе указывается, что “Германия и Франция должны совместными усилиями бороться за то, чтобы ЕС шаг за шагом превращался в независимого глобального игрока с собственной внешней и политикой безопасности”. ЕС, считают Штайнмайер и Эро, должен быть способен эффективно планировать и осуществлять гражданские и военные операции, опираясь на совместно финансируемые вооруженные силы с высоким уровнем готовности.

“Цель заключается в том, чтобы наши знания и наши инструменты в гражданской и военной сфере еще более эффективно воплощать в реальную политику”, – продолжают авторы концепции. Причем, судя по всему, не только в Европе. “Европейский Союз должен интенсивнее инвестировать в предотвращение конфликтов и в стабилизацию в своем окружении, а также в регионах, страдающих от кризисов по всему миру”, – говорится в документе. В том числе предлагается “еще эффективнее, чем раньше” помогать странам-партнерам и соседям в строительстве их структур безопасности.

Особым приоритетом должны стать меры противодействия терроризму. Немецкий и французский министры считают целесообразным расширить в долгосрочной перспективе компетенцию Европейской прокуратуры по расследованию преступлений против финансовых интересов ЕС также на сферу борьбы с терроризмом и организованной преступностью.

В миграционной политике министры предлагают перейти к “действительно интегрированной европейской миграционной политике” и совместной ответственности, ведь основные страны-реципиенты беженцев долго не выдержат такой нагрузки. В этом контексте заявляется о необходимости передать функцию защиты внешних границ ЕС “мультинациональному ведомству по охране границ и побережья”, которое будет создаваться на базе FRONTEX. Также предлагается создать европейскую электронную систему разрешений на въезд ESTA для граждан третьих стран с безвизовым режимом. В вопросе приема беженцев авторы проекта предлагают, чтобы в среднесрочной перспективе Европейское бюро поддержки в сфере убежища (EASO) поддержало бы процесс стандартизации и создания общего банка данных мигрантов.

ЕВРОПЕЙСКИЙ ВАЛЮТНЫЙ ФОНД И ЕДИНЫЙ БЮДЖЕТ

Много интересного авторы проекта предлагают в разделе, посвященном экономике. Снова напоминая о том, что именно на них лежит основная ответственность за завершение создания и укрепление валютного союза (что является условием выживания евро), Берлин и Париж настаивают на еще большем экономическом сближении, лучшем политическом управлении и финансовом распределении нагрузки. В то же время, дипломаты призывают уважать желание некоторых государств самим решать, когда вводить единую валюту, признавая, что нагрузка на страны оказались больше, чем ожидалось.

В краткосрочной перспективе министры считают целесообразным создание поста постоянного президента Еврогруппы, который был бы подотчетен ответственному за валютный союз подкомитета Европарламента. В долгосрочной перспективе Еврогруппа и ее президент должны стать подотчетными парламентскому органу, состоящему из членов Европарламента и национальных парламентов. Этот орган должен обладать полномочиями по всем вопросам, касающимся бюджетного и макроэкономического мониторинга.

Европейский стабилизационный механизм (ESM) предлагается превратить в полноценный Европейский валютный фонд под парламентским контролем, а также сделать шаги к созданию “единого бюджета”. А Европейский фонд стратегических инвестиций (EFSI) серьезно укрепить.

В качестве первого шага к общей бюджетной и экономической политике, уже к 2018 году, можно, считают министры, было бы направить инвестиции в наиболее пострадавшие от кризиса государства.

Во Франции, кроме работы над стратегическим планом, прагматично просчитали и финансовый груз, который может упасть на другие страны ЕС после выхода Великой Британии. По данным влиятельного французского издания Le Point, Brexit приведет к потере 8,34 млрд евро из казны Европейского союза (некоторые источники называют цифры до 10 млрд евро). Ведь Великобритания входит в число государств ЕС, в которых чистый баланс является отрицательным. В частности, в прошлом году членство в Евросоюзе стоило ей 15,59 млрд евро, зато из бюджета Еврокомиссии страна получила 7,25 млрд евро.

Согласно неофициальным подсчетам финансового комитета национального собрания Франции, Париж вынужден будет увеличить свой взнос в бюджет ЕС на 960 млн ежегодно. В 2015 году отрицательное сальдо Франции в рамках ЕС составляло 6,8 млрд евро. В целом взнос Франции в бюджет ЕС составляет 21 млрд евро, в то время, как возмещение составляет 14,2 млрд евро (то есть 10,6% расходов ЕС являются французскими).

ПОЛЬША В ОППОЗИЦИИ

Появление документа “Сильная Европа в опасном мире”, подготовленного в Берлине и Париже, вызвало в Польше эффект разорвавшейся бомбы в политической среде. Даже несмотря на дальнейшие заверения немецких политиков и дипломатов, в частности посла Германии в Польше Рольфа Никеля, что это неофициальный документ и является лишь вступлением к широкой дискуссии.

“Сверхдержава вместо ЕС – ультиматум Германии и Франции” – под таким громким заголовком на сайте телеканала tvp.info в понедельник утром 27 июня появился анализ документа, который Штайнмайер и Эро еще даже не успели представить странам “Вышеградской четверки” в тот же день в Праге. В статье подчеркивалось, что Берлин и Париж после выхода Великобритании из ЕС хотят пойти по пути еще большей интеграции в рамках ЕС, создав “единую европейскую страну”, где все будет зависеть от нескольких сильных европейских игроков. Следовательно, страны-члены, фактически, не будут иметь права на собственную армию, свои спецслужбы, отдельный уголовный кодекс, отдельную налоговую систему.

Министр национальной обороны Польши Антоний Мацеревич, комментируя документ, назвал его “нервными действиями” со стороны внешнеполитических ведомств Германии и Франции. Он раскритиковал Берлин и Париж за то, что в разделах, касающихся безопасности, нет никакого упоминания о НАТО, хотя предложения в этой сфере являются аналогичными тем, которые реализуются в рамках Североатлантического альянса. Он также посетовал, что в документе больший акцент делается на защите от угроз с юга, чем с востока.

Пресс-секретарь президента Польши Марек Магеровский подчеркнул, что именно из-за попытки ЕС создать сверхдержаву жители Великобритании решили сказать Европе “нет”. Он намекнул на возможный парад национальных референдумов о выходе из ЕС, если лозунг “больше Европы” ежедневно будут слышать граждане стран-членов, в частности, Нидерландов, Франции и Австрии.

Глава МИД Польши Витольд Ващиковский смягчил риторику коллег, отметив, что сегодня никто не намерен создавать сверхдержаву, но есть попытки сделать “специальные зоны в рамках ЕС на базе еврозоны”. На самом деле, в Польше издавна опасаются выпасть во “вторую лигу” Евросоюза именно из-за того, что Варшава не входит в еврозону. В Польше не хотят появления Европы “двух скоростей”, где основные решения принимались бы в кругу стран, которые перешли на евро. Против этого в свое время боролся еще экс-премьер Польши Дональд Туск. Поэтому можно предположить, что, как президент Европейского Совета, он в Брюсселе не допустит такого варианта развития событий.

В отличие от представителей власти, польская экспертная среда достаточно сдержанно отреагировалао на предложение Берлина и Парижа. Некоторые эксперты утверждают, что в документе есть много предложений, которые являются очевидными, и на которые стоило бы согласиться. Другие замечают, что на часть из них не согласятся сами же Германия и Франция, поскольку это потребует законодательных изменений в этих странах.

Стоит отметить, что дискуссия в Польше относительно стратегии Германии и Франции не прошла мимо внимания России. Прокремлевские СМИ сразу подхватили эту тему. Используя лозунг “Разделяй и властвуй” и руководствуясь “темниками” из Кремля о неизбежности распада ЕС, они отмечали, что “имперские амбиции Германии напугали Польшу”, а “Варшава с исторической точки зрения не имеет причин доверять соседям”.

Конечно, результаты референдума в Великобритании вызвали рефлексии и в Польше. Властный политикум в Варшаве подчеркивает, что Евросоюз в настоящее время нуждается в реформах, чтобы выжить в непростые времена. Однако, в отличие от Германии и Франции, которые видят будущее Европы в фактическом усилении европейских институций, в Польше предлагают строить Сообщество на базе “свободных народов”. Политики правящей в Польше партии “Право и Справедливость” (PiS) намекают, что именно “закручивание гаек” европейским столицам, значительные ограничения и поучения со стороны Брюсселя, отпугнули от проекта “Евросоюз” британцев.

В Польше имеют свой интерес в ослаблении влияния чиновников из брюссельских кабинетов на национальные столицы. Варшава последние полгода находится под пристальным вниманием Еврокомиссии, которая начала процедуру оценки состояния верховенства права в Польше в связи с принятием ряда законов, которые, по мнению Брюсселя, могут противоречить нормам демократии. Тем временем, во внесении в будущем изменений в закон о ЕС действующая польская власть видит возможность избавиться от надоедливых писем, а также инспекторов из Брюсселя, которые будут указывать, как ей жить дальше.

Впрочем, не стоит надеяться, что Польша в свете озвученных предложений, которые даже не имеют статуса официальных документов, будет делать какие-то демарши в сторону Брюсселя или Берлина с Парижем. Варшава просто на старте дискуссии о будущем ЕС хочет дать понять другим партнерам по ЕС, что является одной из самых больших стран Сообщества, и ее голос следует учитывать. Ее опасения усиливаются фактом, что после “развода” Лондона с Брюсселем Польша автоматически становится самой большой страной ЕС, которая не входит в еврозону и не имеет на это никаких перспектив в ближайшем будущем.

СРОКИ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ

Великобритания прекрасно понимает, что только она может «нажать на кнопку» фактического выхода из Евросоюза. Но никто – ни проевропеец Дэвид Кэмерон, ни убежденный евроскептик Борис Джонсон – не спешат это делать. Они оба дают себе отчет в том, что процедура «развода» зависит от них, а пока же они держат Европу в заложниках.

Развитие ситуации в Европе до недавнего времени было таким, что никого не удивило бы, если осенью Лондон объявил о «втором туре референдума». Однако на этой неделе внезапно появилось требование Франсуа Олланда о срочном начале переговоров по “официальному разводу”.

Ожидается, что в сентябре этого года соберется специальное совещание лидеров. На нем 27 государств-членов должны договориться о конкретных проектах для достижения в течение следующих 6 месяцев экономического роста и укрепления безопасности.

Следующим шагом должны быть заседания Европейского Совета в октябре и декабре 2016 года. На них Совет должен оценить прогресс и дать необходимые указания.

По случаю 60-летия Римского договора 25 марта 2017 года 27 стран-участниц должны будут утвердить новый совместный европейский проект.

Поделись:

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites Ещё